Газета "Бизнес" / В этом году российская банковская система изменилась до неузнаваемости. Число банков, работающих с вкладчиками, сократилось на 15%, а ЦБ начал систематически отзывать лицензии за обналичивание денег.

Стремительно растет розница. Банки выдали населению первый триллион рублей и пытаются запустить систему кредитных бюро. Все это делает банковский сектор привлекательным для инвестиций, и не исключено, что в конце следующего года в банках будет на порядок больше иностранного капитала, чем сейчас.

«Вклады застрахованы»
Завершив отбор в систему страхования вкладов (ССВ), Центробанк впервые отделил хорошие банки от плохих, проверив почти всех участников рынка по американской системе CAMEL (оценка капитала, активов, менеджмента, доходности и ликвидности банка). «Центробанк был вынужден изменить систему банковского надзора,— говорит президент—председатель правления „Внешторгбанка Розничные услуги” Михаил Задорнов,— он ужесточил требования к финансовой устойчивости и качеству управления банков, начал оценивать реальное качество капитала и прибыли банков».

Однако «зачистки» рынка, которой банкиры ждали последние пять лет, не получилось. Из 1150 банков, подавших заявки, за пределами ССВ осталось около 200. Поэтому многие крупные банки остались недовольны итогами отбора.

«Количество банков, вступивших в систему страхования (сейчас 932.— „Бизнес”), оказалось избыточным»,— считает предправления Росбанка Александр Попов. По его словам, не более 500 банков достойны работать с деньгами вкладчиков.

В результате либерального отбора «искусственно обострилась конкуренция» между крупными надежными банками и менее надежными мелкими, на которые также распространяются гарантии государства. Ранее президент Альфабанка Петр Авен говорил в интервью «Бизнесу», что ЦБ мог бы действовать жестче при отборе банков в систему страхования: «Многие банки, которые вошли в систему страхования вкладов, лучше бы в нее не входили».

За спиной у ЦБ
В этом году широкая общественность узнала, что вместе с легальным банковским рынком в России действует еще один— нелегальный,но значительно более прибыльный рынок обналичивания денег. Ежедневно миллионы рублей переводятся бизнесменами на счета компаний-однодневок, а затем снимаются как для законных покупок, так и для проведения неучтенных платежей, дачи взяток и оптимизации налогов.

В конце прошлого года первый зампред ЦБ Андрей Козлов сказал, что «в течение пяти лет» регулятор наблюдал «увеличение масштабов операций по обналичиванию денежных средств на подставных лиц». Но только в этом году ЦБ начал серьезно бороться с банками, работающими на этом рынке. Высокопоставленный чиновник объяснил начало кампании стремлением государства сделать более прозрачным финансирование политических партий: «Все предвыборные кампании в России — „кэшевые” и на 90% финансируются неучтенными наличными, любое государство хотело бы контролировать эти потоки».

В июле теруправления ЦБ получили письмо за подписью Козлова, которое разъясняло, как применять к банкам санкции за нарушения в области борьбы с отмыванием денег.

И если в прошлом году ЦБ закрыл только три банка, мотивировав отзыв их лицензий нарушениями закона о противодействии отмыванию денег, то в этом году таких банков было больше 20. Благодаря активной борьбе с легализацией денег стоимость «обналички» выросла. Стоимость крупной партии наличных, еще в начале года не превышавшая 1,5–2%, выросла до 4% в октябре и в отдельных случаях достигала 8%. Сейчас, по словам банкиров, ставки стабилизировались на уровне 2–2,5%.

Задорнов считает, что быстро сократить объемы рынка «обналички» все же не удастся.
«На первый взгляд борьба с обналичиванием денег ведется успешно. Но мне как экономисту кажется, что этот рынок формируется прежде всего большой долей наличных денег в экономике— в России это примерно 36% всей денежной массы, тогда как в развитых странах — от 10% до 20%»,— рассуждает он. По мнению Задорнова, только давлением на банки этот рынок не победить: нужен комплексный проект, координируемый правительством.

Терпение, только терпение
Однако главной проблемой, с которой столкнулись даже те банки, которые ведут легальный бизнес, стали проверки со стороны правоохранительных органов — МВД, ФСБ, прокуратуры. Параллельно с ростом числа уголовных дел по обвинению в легализации денег силовики стали гораздо чаще приходить в банки, чтобы провести выемки документов.

По данным агентства «Прайм-ТАСС», с расследованием уголовного дела в отношении банка «Эмал», лишенного лицензии в августе, были связаны выемки документов в МДМ-банке и ЕврофинансМоснарбанке. Расследованием в отношении одного из бывших клиентов объясняют недавний визит следователей Генпрокуратуры в банке «Нефтяной».

Попов из Росбанка называет борьбу с легализацией преступных доходов «верным направлением». Однако, по его мнению, активные действия правоохранительных органов выливаются в проблему: на банки ложится ответственность за действия клиента, которые невозможно полностью контролировать.

Впрочем, руководитель небольшого московского банка полагает, что крупные банки могли бы потратить средства на развитие систем внутреннего контроля и идентификации клиентов. «А для маленького банка соблюдение требований ЦБ по идентификации почти всегда означает прощание с клиентом»,— говорит он.

А председатель правления Международного московского банка (ММБ) Илкка Салонен уверен, что банкирам надо привыкнуть к трудностям борьбы с отмыванием денег, так же как привыкали банки США и Европы после принятия Patriot Act в США. «Мне не нравится стоять в очереди в аэропорту, но я знаю, что бороться с терроризмом надо и другого пути нет»,— говорит он.

Ссылка на статью - http://www.kotovasya.info/stat/6_stat.html